Блеф в лимитных играх

У людей, далеких от покера, слово «покер» чаще всего ассоциируется со словом «блеф». И это само по себе, как правило, вызывает у них негативную реакцию на покер и все, что с ним связано.

Такое восприятие логично, хотя и остается всего лишь стереотипом. Блеф для обывателя – это обман, фальсификация, действие, направленное на то, чтобы убедить окружающих в реальности того, чего на самом деле нет.

Применительно к покеру блеф — это, по сути дела, демонстрация несуществующего преимущества с целью заставить соперника отдать банк без вскрытия. То есть тот же обман, но так как в покере он происходит строго в рамках правил игры, то и отношение к нему отрицательным быть не может. Это всего лишь один из инструментов победы, один из видов оружия в арсенале игрока в покер, одно из тактических или стратегических решений.

Чем меньше ограничений по ставкам, тем больше значимость блефа в игре. Поэтому безлимитные игры некоторые эксперты даже полностью рассматривают через призму блефа, называя их «борьбой блефов». Конечно, это радикальная и не вполне совпадающая с действительностью точка зрения, но то, что в безлимитных играх блеф занимает важнейшее место – несомненный факт. Просто потому, что fold equity – главная категория, на которую опирается методология блефа - тем выше, чем выше возможные ставки относительно размера блайндов.

Соответственно, большинство игроков, предпочитающих играть в безлимитные и даже в пот-лимитные игры, практически не представляют, как такой прием, как блеф, может применяться в играх лимитных. Кого, мол, напугаешь блефовой ставкой, величиной в 1 большой блайнд? Однако этот взгляд не является «математичным». Он продиктован лишь установками, созданными в рамках безлимитных игр.

Если бы функцией блефа было исключительно заставить соперника сфолдать, то, очевидно, блеф не применялся бы вовсе. На самом деле, блефовое повышение ставки в покере — это такое же математически обоснованное или необоснованное действие, как и всякое другое. И 1 большой блайнд в лимитных видах покера, точно так же как и в безлимитных, рассматривается не с точки зрения его абсолютной величины, а относительно размера банка.
Другое дело, что для успешного блефа в лимитных видах покера становится гораздо более важным, чем в безлимитных, фактор адекватности соперника, против которого применяется блеф, но он отнюдь не является основополагающим. Основополагающий фактор в любом случае — грамотное применение блефа, а в лимитных играх это требует от игрока не меньшей, а, возможно, и большей квалификации.

В любом виде покера важно представлять при блефе, наличие какой карты мы хотим показать сопернику, и насколько это выглядит правдоподобно. Но в лимитных играх в среднем разыгрывается гораздо меньше рук, чем в безлимитных, соответственно, и спектр возможного блефа резко сужается. Более того, сужается и спектр возможных трактовок оппонентами повышения ставок с нашей стороны.

Скажем, если, играя в лимитный холдем, мы вошли в пот рэйзом или заколлировали чужой рэйз, то вряд ли при мелком разномастном флопе (например, 569) сможем убедить кого-либо из соперников, что у нас на руках готовый стрит. Но вариант наличия средней или высшей пары, исходя из логики розыгрыша, будет ими при определенных условиях рассматриваться. Это особенно важно учитывать при раннем применении блефа, потому что если он не выполнит своей задачи на флопе или терне, то последующие улицы придется разыгрывать уже с учетом и проведенного блефа.

Отсюда вытекает ряд проблем, которые придется решать. В частности, продолжать ли разыгрывать на последующих улицах мнимую карту, в наличии которой мы безуспешно попытались убедить соперника, или сыграть в целях экономии таким образом, чтобы наши блефовые действия стали очевидными.

Допустим, мы входим со средней позиции рэйзом, имея на руках A10s. Флоп вместе с нами смотрит один коллер, и на флопе выходят разномастные JKK. Мы повышаем ставку на «пустом листе», показывая достаточно широкий спектр возможных рук: AA, KK, QQ, JJ, AJ, KQ, KJ. Соперник коллирует, а на терне выходит фоска, ничего не меняющая в раскладе. Продолжать ли повышение, убеждая соперника в том, что на флопе мы получили очень сильную руку, или прочекать терн, фактически признаваясь в блефовом повышении ставки на флопе? А может быть, вообще сыграть чек-рэйз, чтобы показаться оппоненту еще убедительнее?
Любые  варианты должны выбираться и применяться в зависимости от ситуации, но ошибки при таком выборе могут быть очень дорогостоящими на дистанции, особенно в лимитных играх, где соотношение между возможностями блефа и затратами на них менее благоприятно, чем в играх безлимитных. Самый общий и совершенно необходимый подход к подобным проблемам: соблюдение внутренней логики всех действий. Иными словами, если мы готовы идти на блеф, то должны делать это именно таким образом, как сыграли бы, будь у нас на самом деле на руках та карта, которую мы пытаемся показать сопернику. А принцип экономии должен применяться только относительно шансов к банку, а не в абсолютном виде. Признаваясь в неудавшемся блефе, мы экономим абсолютное количество больших блайндов, но относительно шансов к банку экономия может при определенных условиях обернуться убытками. И при блефе это необходимо учитывать в первую очередь.

В принципе, все вышесказанное относится и к полублефу, когда мы повышаем ставку, не имея готовой руки, но имея помимо возможности сбросить соперника, исходя из логики предыдущего розыгрыша и наличной доски, еще и хорошие шансы для улучшения на последующих улицах. Разница между блефом и полублефом для лимитных игр состоит лишь в том, что при полублефе наши действия будут более раскованны и прямолинейны, а шансы к банку становятся более видимым ориентиром за счет того, что мы можем «честно» выиграть пот на вскрытии у оппонента, который отвечает на блефовое повышение ставок.

Есть еще одно важное отличие блефа от полублефа. Если и блеф, и полублеф призваны продемонстрировать руку, которой на самом деле нет, то полублеф еще и призван замаскировать руку, которая сложилась впоследствии. Потому что если мы повышаем ставку, имея, скажем флеш-дро, то во многих случаях, когда флеш будет собран, он не будет читаемым со стороны оппонента, положившего нам, скажем, сет или две пары. Это создает хорошие возможности для повышения размера выигрыша.

Самый общий вывод, который можно сделать, сравнивая блеф в играх с разным уровнем ограничения размера ставок, следующий. В лимитных играх нет возможности варьировать размеры ставок, следовательно, «язык убеждения» соперника в том, что его рука слабее и менее перспективна, а потому ему лучше уйти из пота подобру-поздорову, достаточно беден, если не примитивен. Поэтому блефующий в лимитных играх, решив говорить с соперником на этом «языке», обязан подкреплять свои «слова» массой вспомогательных инструментов. Он должен отдавать себе отчет в том, что «блефовый месседж», который он хочет донести до сведения соперника, может быть неадекватно воспринят с гораздо большей вероятностью, чем в безлимитных или пот-лимитных играх. Поэтому логика, связывающая действия до блефа, собственно блефовые и после блефа, должна быть безукоризненной.